Из урока «Открывать мир, ожидая от него хорошего» видеокурса «Импровизация на скорости жизни». Весь курс с примерами из импров-спектаклей доступен в закрытой группе тг, пишите @dmitryviewshkin в Телеграме, я расскажу как получить доступ.
Всем привет. Меня зовут Дмитрий Вьюшкин. Это импровизация на скорости жизни. И сегодня я хотел бы с вами поговорить на следующую тему. Мне достаточно трудно её сформулировать, но она звучит так. Я могу её в нескольких вариантах вам предложить.
Первый: «Открывать мир, ожидая от него хорошего».
Второй: «Даже если тот мир, который вам открывается, кажется вам злым, агрессивным, настроенным против вас, — возможно, это на самом деле не так».
И третий вариант, как ни странно: «Когда вы попадаете в ситуацию, где, как вам кажется, всё настроено против вас, попробуйте отослать себя в тот момент времени, когда вам было хорошо. Найти светлое воспоминание».
Ждать хорошего. Не всё так плохо, как кажется. Светлое воспоминание. Вот эти три темы я хочу объединить в одну. Идея здесь следующая.
Я постоянно с этим сталкиваюсь. Очень многие импровизированные сцены наполнены прямым негативом. Просто наполнены. Такое впечатление, что два человека заранее выходят на сцену и готовы друг с другом драться. Спорить. Отстаивать свою точку зрения. Никто не знает, что это за точка зрения, — но уже готовы биться до конца. Доказывая, что другой человек не прав, а ты прав. Думать, что персонаж твоего партнёра уже заранее настроен против тебя.
Почему так происходит? Очень часто люди, которые играют, импровизаторы, они этого не замечают. Не замечают, какое впечатление они производят. Мне кажется, мы делаем это подсознательно. Мы не виноваты. Жизнь виновата, которая нас окружает. Жизнь, которая нас учит: если ты не будешь готов к плохому — тебя обязательно накажут. Все люди настроены против тебя. Все хотят тебе навредить. Если ты не будешь к этому постоянно готов — не выживешь.
Сама жизнь заставляет нас таким образом вести себя на сцене. А когда ты выходишь на сцену в импровизации, те шаблоны, которые в тебе лежали — ты даже не подозревал, что они есть, — они все начинают вылезать. Становятся видимыми. Тебе они не видны. Тебе кажется, что ты ведёшь себя на сцене абсолютно так же, как и в жизни: нормально, я так живу. А со стороны видно: человек начинает обвинять другого. Автоматически думает — он даже не знает, кто этот человек, — что тот настроен против него. Хочет сделать что-то плохое. И он должен его опередить. Ударить в переносном смысле первым. Сделать так, чтобы обязательно ты был прав. Чтобы у тебя был статус выше.
Я наблюдал эти сцены с боданием очень часто. И сам в таких участвовал. Пока не понял, что это контрпродуктивно.
Наша задача, особенно в первой сцене, найти себя там — с нашими персонажами, в их взаимоотношениях — где они хотя бы пять минут готовы терпеть друг друга. Я уж не говорю о том, чтобы любить и жалеть.
Если импровизация — это отображение жизни, то жизнь, которую мы отображаем на сцене, такая же кривая. Несовершенная. Косая. Несправедливая. Как и наша реальная жизнь. Я не говорю, что нужно на сцене показывать утопию, где все счастливые и добрые. Такого не бывает. На сцене нужно правдиво отображать жизнь. Нужно правду жизни пытаться туда хотя бы на секунду вытащить. Как только это происходит — все начинают верить, что то, что происходит на сцене, — это на самом деле.
В отношениях любых людей, как бы сильно они друг друга ни любили, всегда будет момент, когда они будут друг друга не любить. Они в принципе любят друг друга. Как люди, которые очень долго живут вместе. Когда-то они влюбились. Поженились. У них любовь. Под всеми этими отношениями лежит любовь с большой буквы. Но в определённый момент, конечно, могут быть разногласия. Это следующая тема: точка зрения и конфликт.
Выходя на сцену, особенно в первой сцене, нужно себе сказать: «Да, я могу не соглашаться с тем, как человек видит эту жизнь. Он может мне не нравиться. Но сейчас я хочу попасть в тот момент в отношениях между этими двумя людьми, когда у них мир. Когда покой. Когда нет конфликта». Под конфликтом я подразумеваю ссору. Потому что очень часто первые сцены сталкивают людей в выяснение отношений. Тяжело очень. Даже опытные импровизаторы потом говорят: «Ну это же было круто», — не понимая, что на самом деле было очень тяжело наблюдать это со стороны.
Я вывел для себя правило. Каким бы гадом ни казался тебе персонаж твоего партнёра, каким бы гадом он не видел твоего персонажа — он на самом деле хороший человек. Сейчас он гад. Согласен. Сейчас он ведёт себя по-свински. Но у него есть причина. И твоя задача как партнёра эту причину открыть. Увидеть. Даже если он эту причину не видит сам.
Заходя в сцену, нужно говорить себе: «Я иду в абсолютно реальную жизнь. Она кривая. Жёсткая. Несправедливая. Но я всё равно, несмотря ни на что, жду от неё хорошего».
Первое: даже если он гад, у него есть причина. Твоя задача — эту причину найти. Не твоего партнёра задача сказать: «Ну, я так себя веду, потому что я несчастлив». Твоя.
Второе: введи себя в состояние: «Я захожу в этот мир и ищу в первую очередь не изъяны этого мира, не проблемы, не недостатки — коих много, и нас хлебом не корми, дай на них наброситься. Я не это ищу. В первую очередь, как бы тяжело это ни было, я буду искать достоинства. Особенно персонажа моего партнёра. И в своём персонаже тоже. То, что можно похвалить».
И третий момент, технический: даже если я чувствую, что сейчас не самый лучший момент в наших отношениях, и тот человек, который на меня смотрит, — не очень хороший человек, я попытаюсь отослать себя в тот момент в наших отношениях, когда нам было хорошо. Когда мы были хоть на секунду, но счастливы. Когда я был хоть на секунду, но счастлив.
Я где-то три месяца преподавал в центре реабилитации для наркозависимых. Вот такой у меня был случай. Мне позвонила женщина из Сиэтла, из Америки. У неё здесь был сын в этом центре. Она сказала: «Мы в Америке занимаемся импровизацией. Мне это очень нравится. То ощущение, с которым я выхожу после занятий просто удивительное…»
И вот я три месяца занимался с ребятами. У меня есть очень простое упражнение, которое вы можете спокойно делать. Называется «Расскажи историю». Ничего не нужно. Я давал его этим ребятам — там, понятно, травма. И в любых других группах давал. Расскажи любую историю. И автоматически люди начинали рассказывать истории, связанные с травмами. Детскими. Взрослыми. Случаи, когда им было плохо. Мы, конечно, это слушали. Нам было тяжело всё это слушать. Особенно у ребят, которые наркозависимые. У них очень тяжёлые истории. Как они пацанами мелкими, по двенадцать лет, на Новый год с водкой забирались куда-то в подвал. Это была их идея праздника.
Я потом выслушал и говорю: «Ребята, задание-то было какое? Рассказать тяжёлую историю? Плохую? Тёмную? О травме?» Они говорят: «Нет. Задание было — рассказать историю». Поэтому нужно уйти в тот момент прошлого наших персонажей, когда они были счастливы.